Мы ВКонтакте

 

Комментарии

  • Война в Псковской области - Невельский район

    • Марина 19.05.2017 17:28
      Здравствуйте! Вас беспокоят из Петрозаводска.Долгие поиски информации о судьбе пропавшего без вести в ...

      Подробнее...

Мария Ханина: «Невель моего детства»

Рейтинг:  5 / 5

Звезда активнаЗвезда активнаЗвезда активнаЗвезда активнаЗвезда активна
 

Соседи

Вначале наша семья жила на улице Комсомольской в доме барачного типа (сейчас на этом месте – дом №17 – ред.). Говорили, что во время войны у немцев там была конюшня.

А после войны здание перегородили на несколько частей  и заселили.

В коридоре стояли столы, на которых на примусах готовили еду.  Квартира наша представляла собой небольшую комнату, в которой была выделена маленькая кухня с плитой. В комнате стояли старенькие кровати, одна из них большая металлическая, посеченная осколками, на которой были уложены доски и вместо матраса -  большой мешок, набитый сеном. К весне сено превращалось в труху, и родители летом опять меняли его. Шкаф и стол были сделаны из фанеры.  Дедушка мой, который был маляром, разрисовал шкаф под дерево. А вот стол, насколько я помню, был какого-то унылого, темно-серого цвета. Зато был накрыт вязанной скатертью. Под столом я с удовольствием играла с единственной игрушкой в моей жизни – голым пупсом.

В одной квартире жили Сободины. Помню тетю Тоню. Одного из мальчишек звали Сережа. Они потом купили дом тоже на Комсомольской, но ближе к автостанции.

На их место вселились Ольшанецкие: дядя Саша, Мария Ивановна, и дети: Аллочка и Володя. Дядя Саша работал в военкомате, Мария Ивановна была домохозяйкой, а Вова – ровесник моего брата, стал его лучшим другом. Вовка Ольшанецкий был огненно-рыжим, даже кожа у него была рыжая от неимоверного количества веснушек.

Еще две комнаты, выходящие в коридор, занимали Габеры - тетя Лена  и сын Володя, а также  милейшая тетя Шура Михеева. Тетя Шура была очень верующим человеком. Вера в Бога помогала ей жить с ее недугом – выраженной хромотой. В ее комнатке, которая напоминала келью, был огромный иконостас. Перед иконами постоянно горела лампадка. Работала т. Шура телефонисткой. Все свободное время она молилась. Самые теплые воспоминания сохранились у меня об этой добрейшей женщине. Я иногда приходила к ней, и мы долго разговаривали с ней, и я мечтала, как мы будем хорошо жить в будущем. Она всегда говорила: «Дай Бог!». Стены в ее каморке были в такие ветхие, что летом к ней через щели залетали птички. Мне кажется, что она сама была святой: такое тепло и доброта исходили от нее.

Однажды в наш двор въехала лошадь, запряженная в телегу, на которой приехала семья Сапуновых: дядя Паша, тетя Фрося и трое детей: Галя и двойняшки Зина и Толя. Двойняшки были моими ровесниками, и мы учились потом с ними в одном классе, а Галя была на год старше нас. Дядя Паша вернулся с войны инвалидом. . Я не помню где он работал, а вот тетя Фрося работала кондуктором на автобусах и иногда  брала нас с собой в поездки. У них в квартире была русская печь, и мы очень любили на ней играть. Но самое главное, что притягивало нас в праздничные дни, в дни рождения детей Сапуновых -  это то, что дядя Паша очень здорово играл на балалайке, и мы под его аккомпанемент самозабвенно танцевали. Очень радовались, когда к ним приезжали родственники из деревни, тогда нас катали на телеге, а на булыжниках, которыми была вымощена улица Комсомольская, нас нещадно трясло. Но нам это нравилось.

Под  домом проходил высокий подвал, и мы очень часто забирались в него, хотя было очень жутко, но интересно. Маленькие оконца были забраны решетками, свет через них практически не проникал. Мы сочиняли всякие небылицы про привидения, которые там жили. Около дома во дворе были грядки, по нескольку на каждую семью, и стояли две сараюшки. В одном сарае держала поросенка многодетная семья Сапуновых. Помню, как они переживали, когда приходили какие-то инспектора и переписывали скотину, чтобы потом взыскать налог.

Странное было время: бесконечные очереди за хлебом и сахаром. Безумная радость, когда удавалось купить конфеты-подушечки. Мясо по большим праздникам. До сих пор помню, как в магазине покупали хлеб. От буханки резаком, вделанном в стол, отрезали кусок, чтобы в руки выдать точно килограмм.

На нашей улице недалеко от был дом Голандов, , потом в этом доме какое-то время жили Генделевы – врачи, напротив них небольшой домик занимали их родители.

Когда мне исполнилось семь лет, умерла бабушка, и мы переехали в ее квартиру на ул. Лизы Чайкиной. Улица эта проходила над озером. Кроме нас,  в этом доме жили Сироткины и еще одна семья, но фамилии их я не помню. Помню только, что их отец работал в РОНО бухгалтером.  Дом был такой старый, что, когда зимой мыли пол, вода в углах покрывалась тонким слоем льда. В семье Сироткиных было трое детей: Надя, Люба и Вера. Все девчонки – умницы и красавицы. Вера – ровесница моего брата, училась во второй школе. Потом она уехала, кажется, в Киев, где закончила геологоразведочный техникум. К сожалению, она очень рано ушла из жизни. Люба тоже уехала из дома и очень редко приезжала в отпуск. Самой веселой из девчонок была Надя. В молодости она плавала на кораблях торгового флота. Несмотря на то, что она была самой старшей из сестер, она со мной и Верой прыгала на скакалке, играла с нами. В Невеле она работала парикмахером.

На противоположной стороне от нас  жили  Хализовы, Подпалкины, Минины. У Хализовых отец и мать были инвалидами. Но, несмотря на это, они постоянно копались в огороде. Вовка Хализов был старше нас, поэтому мы с ним практически не общались.

У Подпалкиных дедушка был другом моего дедушки, а внучка Соня была моей подружкой. Потом она уехала в Ленинград,  и связь с ней прервалась. Соня Минина училась в музыкальной школе, и у них было пианино. Я ей очень завидовала; мне тоже очень хотелось учиться в музыкальной школе, но для этого не было материальной возможности. Мне кажется, что ее отец работал на мебельной фабрике.  Соня и ее младшая сестренка очень рано остались без матери. Сейчас Соня живет в Израиле. Жизнь   сложилась удачно: у нее дочь, внуки, которым она посвящает все свое время.

На улице стояло еще несколько домов, но я уже не помню их обитателей, кроме одного дома. Там жил старый образованный еврей, который был резником. Он все время читал какие-то старые книги. Это был крупный импозантный старик с седой окладистой бородой. Между собой его все звали резником. К его гражданской жене тете Поле летом приезжали племянницы из Ленинграда, и я приходила к ним в гости. У них я впервые в жизни попробовала бананы, и они мне очень не понравились. Это теперь я понимаю, что они были недозрелые.

В этом же доме жила бабушка Эмма. Одинокая женщина, работавшая нянечкой в детских яслях. Почему-то говорили, что она немка. Как ее жизнь занесла в Невель, я не знаю. Моя детская память сохранила воспоминания о том, что когда нас вывозили с яслями летом на дачу в какую-то сельскую школу, я очень скучала по маме. Однажды ночью я не могла заснуть и плакала. Пришла бабушка Эмма, успокоила меня и принесла свою большую мягкую подушку.

В 1966 году наш дом пошел на снос, и нас переселили в новый двухэтажный дом по ул. Кирова, напротив военкомата. Соседи в нашем доме Вашковы, Залесские, Дмитриевы, Рейманы, Чумаковы, Гороховы, Будюкины, Аксиновские и другие (фамилий я уже не помню) были очень дружными. В основном все соседи были молодыми, помогали друг другу колоть дрова. Поскольку медиков у нас в доме жило  много, день медицинского работника праздновали с размахом. Во дворе у нас стоял стол, вокруг которого были установлены скамейки. На выпивку мы скидывались, закуску приносили какую могли, для запивки рядом стояло ведро с водой. Иван Константинов выносил гармонь, под музыку мы пели и танцевали.

В пятницу и субботу за этим столом мы резались в домино. Заводилой был дядя Гриша Дмитриев. Это был удивительный человек, которым я восхищаюсь до сих пор. Насколько я знаю у него не было какого-то специального образования, но в нем чувствовалась какая-то природная интеллигентность, мудрость. У него была очень большая библиотека,  в которой преобладали исторические книги. Я очень любила детективы, а он настойчиво уговаривал меня почитать что-нибудь из его библиотеки. А с какой нежностью и любовью он относился к своей дочери! Он всегда приносил ей букеты цветов.  И у них с дочерью были такие теплые, доверительные отношения, что я даже завидовала ей. Я никогда не слышала от него ни одного грубого слова ни в чей адрес.

 

Школа

Наша первая школа  располагалась в здании бывшей женской гимназии, часть классов начальной школы – в одноэтажном флигеле во дворе. Там же была и столовая, в которой продавались вкуснейшие жареные пирожки с повидлом и плитки  прессованного сухого молока. В деревянном домике была канцелярия.  Вход в школу был со стороны двора. Помню бачок с водой для питья и кружку, прикрепленную цепью. . Классы были в основном проходными:  для того, чтобы попасть в свой класс, нужно было пройти еще несколько. Так что если опоздаешь на урок, то учитель в смежном классе мог не разрешить пройти.

 Отопление было печное. Печи были облицованы белой керамической плиткой, а в закутке, где сидели технички, печь была покрыта красивейшими резными изразцами.

 А какие были замечательные учителя: добрейшая Елизавета Михайловна Моносова, которая прощала нам наш несносный максимализм. Строгий, но справедливый Михаил Нилович Новиков. Завучем была Вера Николаевна Меглицкая. Когда наши мальчишки хулиганили в классе, она заходила, поправляла очки и произносила: «Барахло противное». Все замирали на месте. Я ее жутко боялась, это потом я поняла, что она была замечательным человеком. А Мирон Николаевич Максимовский  вел у нас физкультуру. Это при нем волейбольная команда нашей школы завоевывала призовые места на чемпионатах по волейболу в Российской Федерации. Физику вела Валентина Дмитриевна Лапенко. Она была очень строгой, но зато выручала нас на экзаменах.

 Самыми яркими впечатлениями моего школьного детства связаны с заслоновским движением, во главе которого в нашей школе стояла истинно Заслуженный Учитель Марченко Станислава Викентьевна. Таких энтузиастов мне в моей жизни больше не пришлось встретить. Совместные сборы с заслоновцами из 309 школы Ленинграда, поездки по местам партизанского движения в Белоруссии, встречи с бывшими партизанами. А поезд, который собрал школьников из пионерских отрядов имени К.С. Заслонова со всей РСФСР и который провез нас до столицы Белоруссии – г. Минска. И рассказы бывших партизан и людей, знавших К.С.Заслонова. Как ни пафосно звучит, но это воспитывало нас в духе любви  к Родине, уважения к подвигу наших отцов.

Летом совместно с ленинградцами и ребятами из Белоруссии мы выезжали на Черствицу, где целый месяц жили в палаточных лагерях, вечером пели песни у костра, днем работали на полях соседнего колхоза. А сколько интереснейших мероприятий и праздников мы проводили за это время, ведь некоторые наши вожатые из Ленинграда работали вожатыми в пионерском лагере «Орленок».  22 июня в 4 часа утра был объявлен подъем, и мы на берегу озера выстроились на торжественную линейку, посвященную самой скорбной дате в истории нашей страны. Минута молчания, и затем звучал Реквием Р. Рождественского, от которого пробегал холодок по телу и не оставляло чувство сопричастности с тем страшным временем.

Первый музей в Невеле был организован в нашей школе, где под руководством Станиславы Викентьевны и Казимира Эдуардовича Бржушкевича  мы оформляли экспонаты, посвященные истории города и партизанскому отряду К.С.Заслонова. Первыми экскурсоводами были ученики нашей школы. Мы были объединены одной идеей. Когда мы приезжали в Ленинград, наши друзья- заслоновцы организовывали нам интереснейшие экскурсии в музеи, мы попали даже в Пулковскую обсерваторию. Посещали ТЮЗ, который только что построили.  У нас было очень много друзей среди ленинградцев, и я долго еще поддерживала с ними связь, когда училась в Ленинграде. Я очень благодарна своей школе, своим учителям и друзьям. Они во многом определили мою судьбу.

 

 

На снимке: выпускной класс.

Комментарии  

+2 # Александр Торговцев@ 17.04.2017 19:01
Спасибо, Мария, за замечательный рассказ! Я Вас помню с той поры, когда Вы поселились в доме на Кирова. Мы, мальчишки с ближайших домой(я жил с родителями и братом на улице Декабристов, 48)"бегали" еще по "вашему" строившемуся тогда дому... Вы были гораздо старше(получается - лет на шесть). Но периодически, когда Вы, видимо, приезжали домой на каникулы, иногда встречал вас на улице (например, Вы шли из центра,а я - в центр города))... красивая, стройная девушка с высоко поднятой головой... :-) Здоровья Вам и долголетия!
Ответить | Ответить с цитатой | Цитировать

Добавить комментарий