Мы ВКонтакте

 

Комментарии

  • Валентина Глушинская (Долгова): «Невель моего детства»

    • Вероника 09.05.2019 18:36
      Здравствуйте, уважаемая Валентина (простите, не знаю Вашего отчества). Мы с папой ищем следы родственников ...

      Подробнее...

  • Война в Псковской области - Невельский район

    • Юрий 11.05.2019 19:44
      Здравствуйте! Брат моего дедушки погиб 21.12.1943 близ села Ловец. На сайте память народа информация ...

      Подробнее...

       
    • светлана 10.05.2019 04:34
      Наш дедушка Самойлов Алексей Фёдорович тоже из Иваново, и пропал без вести там же в феврале 1944 года.

      Подробнее...

Невельские очерки

Яков Моисеевич Моносов жил в Невеле.

Рейтинг:  5 / 5

Звезда активнаЗвезда активнаЗвезда активнаЗвезда активнаЗвезда активна
 

Здесь родился, отсюда призывался на военную службу. Прошагал дорогами войны от Белой Церкви до Чехословакии. Награжден орденами “Красной Звезды”, “Отечественной войны” 2 степени, медалями “За боевые заслуги” (двумя), “За оборону Сталинграда”, “За оборону Киева”. Полвека, включая годы войны, был связистом. Предлагаем вниманию записки ветерана – о Невеле той поры, о работе, о войне.

 

В 1934 году я устроился монтером связи. Почта тогда располагалась на площади, где сейчас парикмахерская, а радиоузел – на месте детсада “Солнышко”. Кстати, там же находилась парашютная вышка. На переговорном пункте была охрана с оружием. Когда был дежурным техником, мне тоже выдавали наган, который передавался по смене. Правда, не знаю, зачем он нам был нужен: все равно ни разу не пользовались.

Телефонный коммутатор насчитывал всего 120 номеров, на селе телефонов вообще были единицы. Телеграф работал в режиме Морзе. В монастыре размещалась своя электростанция. Радиоточек тоже было очень мало, а в сельской местности – только в Иванове.

Как–то произошел у нас курьезный случай. Нарушилась телеграфная связь с Витебском.

Причем она пропадала ежедневно, в одно и тоже время. Сбились с ног, пока обнаружили причину. Оказывается, под Езерищем жена путевого обходчика под вечер ставила во дворе самовар, а трубу цепляла к проводу, чтобы не свалилась.

В Невеле было много мест для отдыха. По улице Ленкоммуны находился прекрасный парк. В летние вечера там допоздна проводились танцы. Бывало, в 12 часов ночи кончаю дежурство, надеваю майку на шнуровке, “прорезиники” (это такая обувь вроде кедов) – и в парк. Еще успевал несколько вальсов станцевать. Водка продавалась повсюду, но не принято было напиваться. Да и девушка с пьяным никуда не пойдет. Действовал железнодорожный клуб, клуб промкооперации, духовые оркестры пожарников и щетинной фабрики, струнный оркестр. Особой популярностью пользовался клуб щетинной фабрики – шикарное по тем временам здание. Оно располагалось на месте обувной фабрики. Там была биллиардная. Кроме этого, возле Еменки существовал летний театр щетинной фабрики. Торговых точек в Невеле было не счесть. Вспоминаю столовую Думова (по имени заведующего) – она находилась в районе нынешнего ДК, забегаловку “метро” – в подвальном помещении по Ленина. Действовали столовые в райисполкоме, по улице Энгельса, “пятиугловка” на Жореса. Было несколько рынков: главный – на месте парка по ул. Ленина, щепной – где сейчас керосинный магазин, там торговали бондарными изделиями, игрушками, санями, скотом. Дрова, сено, рыбу можно было купить на базаре, у “старого моста”. Крестьяне загодя приезжали в город, ночевали у знакомых, а утром спешили с товаром на базар.

С утра до вечера были открыты ларьки артелей “ Красный конфетчик”, инвалидов. В те годы существовал магазин “Торгсин” – торговали с иностранцами. Помню, сдали туда серебряный портсигар, взамен получили муку и крупу.

Все продавалось по карточкам. Их отменили, по-моему, в 1935 году. В магазинах появилось многое, но очень дорого. “Коммерческий” хлеб стоил раз в пять дороже обычного. Отец как-то раз принес помидоры, так я не знал, что это такое и с чем едят. У нас, их раньше не выращивали.

В тридцать седьмом о вредителях мы часто слышали по радио, но вот это коснулось и Невеля. Как связист я узнавал об арестах таким образом: поступала команда отключать телефоны. Пришлось их снимать у первого секретаря райкома Каганского, уполномоченного по заготовкам Кобозева, председателя райисполкома (фамилии его не помню). Судили их в Невеле, на процесс пускали только по пропускам. “Вредителей” приговорили к расстрелу. Конечно, это далеко не полный список, просто время стерло имена из памяти.

А потом дошла очередь до самого Вола – начальника местного НКВД. Пришли к нему за телефоном – дома все перевернуто. Что с ним стало потом – не знаю.

В армию меня призвали в 1939 году. Вместе со мной на службу отправлялись Николай Ивченко – брат известного партизана Лени Ивченко, Петр Головешко, Борис Шейнфельд, Павел Сморыго и другие парни. Почему-то именно мне доверили произнести прощальную речь, хотя хорошим оратором я не был. О чем тогда говорил – не помню, но закончил словами: “Да здравствует товарищ Ворошилов!”. Часто в воинские части приезжали известные артисты, поднимали боевой дух. Например, в Киеве перед нами выступали Леонид и Эдит Утесовы с программой “Много шума из тишины”. Это было в 1940 году. Позже, уже под Сталинградом, к нам приезжали Клавдия Шульженко. Был концерт прямо в землянке. Перед войной я служил в Белой Церкви. Уже утром 22 июня 41-го года нас бомбили. Чуть было не попал в “Харьковский котел”, но сломалась наша автомашина. Вот что значит случай. Отступали до самого Сталинграда… Когда в 1946-м демобилизовался, снова пришел в контору связи. Вначале устроился старшим техником, потом назначили заместителем начальника. Кругом царила разруха. Начали восстанавливать связь. Первое время использовали немецкие линии. Потом их демонтировали. Понемногу телефонизировали село – первым делом сельсоветы. Гораздо позже появились сельские АТС. Первая из них была установлена в Опухликах, насчитывала 20 номеров.

Конец сороковых годов… Уже в то время в городе было много столовых. Особой популярностью пользовались ресторан “Волна”, где играл слепой баянист Юринов, павильон “Голубой Дунай”. Самым крупным магазином считался именуемый в народе “Под кино”. Он находился под кинотеатром, сейчас там Дом детского творчества. Отменили карточки. В магазинах было все: рыбные консервы, колбаса, селедка, осетрина. Но стоило все очень дорого – мясо, зелень, фрукты, рыбу, масло, молоко, сметану – покупали на рынке. С крестьян взимались большие налоги, и они были вынуждены нести сельхозпродукты на рынок. А молочные продукты разносили по домам. В магазинах горожане покупали только крупы, муку, сахар, промтовары. Жили в те годы, конечно, бедно. У меня был всего один костюм, бостоновый, носил его лет пятнадцать. Чаще одевал форменный костюм связиста. Из обстановки в квартирах были, как правило, только сундук, комод, шкаф местной мебельной фабрики, кровать с никелированными шарами. Патефон считался признаком благополучия. Но, несмотря, на нищету, жили тогда дружнее.

Добавить комментарий