Холера меня подвела. Из блокнота журналиста.

Родительская категория: ROOT Категория: Невельский репортер Создано: 10.04.2020 Обновлено: 10.04.2020 Опубликовано: 10.04.2020 Автор: М.И.Могилевкин

Когда в дом (или в страну) приходит беда, в народе говорят: напала памжа. Есть такое древнее словцо. В связи с нынешней эпидемией мне вспомнилось несколько эпизодов.

В середине 60-х в стране свирепствовал ящур, который  опасен не только для животных, но и для людей. Тогда на южной границе нашего района  был установлен пропускной пункт со шлагбаумом, Все автомашины проходили обязательную обработку.

Тогда же, в 60-х, был период, когда часто объявляли воздушную тревогу, и тех граждан, которых заставали на улице, говорят,  вели в баню. Но скорее всего это было связано не с какой-то эпидемией, а с напряженной международной обстановкой. Возможно, с Карибским кризисом. Проводились учения по гражданской обороне.

У многих на памяти авария на Чернобыльской АЭС 1986 года. Об этой трагедии мы узнали благодаря то ли шведам, то ли норвежцам, которые зафиксировали у себя многократное  превышение радиационных норм. Наши СМИ, как водится, сообщили об этом спустя дня три, и то в успокоительном тоне, так, между прочим. А в Киеве  и других городах людей погнали на первомайскую демонстрацию.

Позже в Лобке установили пропускной пункт, и автомашины  с южной стороны мыли  в Лобковском озере. Примерно в тот же период подозрительно часто в нашем районе стали ломаться машины с колбасой, и дешевый продукт моментально раскупали невельчане. Знакомый медик из Витебска рассказывал, что вскоре после аварии на ЧАЭС в Белоруссии резко возросло количество заболевших лейкозом. Радиация, как известно, границ не имеет. А печальная статистика  не афишируется. Чернобыль будет нам аукаться еще долго…

И еще  мне вспомнился один давний эпизод, связанный с эпидемией. Лето 1970 года. Я служил  в Осиновой Роще, в учебке. Прекрасный поселок под Ленинградом, но молодым воинам, естественно, было не до красот природы. Как-то в пятницу неожиданно меня позвали на коммутатор. Звонила мама. Она работала телефонисткой и сумела меня разыскать.  «Я хочу к тебе завтра приехать. Можно?». Что ж, завтра выходной, должны отпустить. И я дал «добро». Буквально через час-полтора  наш батальон построили на плацу. «В связи с тем, что объявлена эпидемия холеры, все посещения отменяются», - объявил комбат. Что делать, перезвонить домой нет возможности…

Наступило утро выходного дня. У ворот КПП толпа родителей, большинство ленинградцы. А вот и мама машет рукой. Я подошел к воротам и кивнул в сторону стадиона, там был выход за пределы части. И вот мы сидим с мамой, и я уплетаю за обе щеки пироги – после каши-шрапнели сами понимаете. Мимо пробежали две девушки: «Уходите, офицер идет!». Не успел я подняться, как подошел замполит, майор Ковальков. «Вы знаете, что положено вашему сыну?» - строго спросил он.  Мать в слезы, да и у меня комок в горле. Майор помолчал. «Вы докладывали своему командиру об этом факте?», - обратился он ко мне. «Нет».  «Ну и не докладывайте». И майор ушел.

Вскоре я прибежал в учебный класс. Как раз  ребята сидели во дворе, был перекур. Моего отсутствия почти никто не заметил. Но сержант спросил как бы между прочим: «Ты где был?». И я рассказал все как было.

Вечером нас построили. За нарушение дисциплины мне было объявлено три наряда вне очереди. Все пошли в кино, а я поплелся на кухню чистить картошку.

Нынешняя пандемия, конечно, ни  в какое сравнение не идет с упомянутыми выше. Но должны же мы пережить и эту напасть.

Просмотров: 337

Добавить комментарий